Кризис фармацевтического бизнеса

Сделал недавно одно наблюдение – слишком часто в разных контекстах слышу слово «кризис». «В условиях экономического кризиса…», «…из-за глобального продовольственного кризиса…», «…кризис рынка полезных ископаемых» и т.д. Скоро этим словом будут стращать даже маленьких детей: «Вот будешь плохо себя в садике вести – придет к тебе кризис и игрушки все отберет!» Хотя возможно я сам это слово вылавливаю из речей и текстов, потому что оно в определенной мере коснулось и аптечного рынка. Особенно сегмента оригинальных препаратов.

IMG_0053

Совсем недавно я выкладывал статью про нашего коммерческого директора Юру. Так вот, на недавней планерке, посвященной аптечным продажам, Грязнов Ю.А. выступил с пламенной и эмоциональной речью, смысл которой сводился к тому, что многие препараты либо уже пропали, либо, не сегодня — так завтра, пропадут с аптечных полок. И причина тому – кризис. И вот на основании его доклада хочу сделать небольшой пост о сложившейся ситуации в наиболее простой и доступной форме.

Все предельно просто: санкции, кризис и прочие неприятности приводят к снижению покупательной способности денег. Многие дорогие препараты уже не по карману значительной части населения. Также они пропадают из списков госзакупок. Но если эти препараты – это БАДы или какие-нибудь не жизненно важные лекарства, это еще можно пережить. Или же есть абсолютно полный аналог препарата, только, допустим, без бананового вкуса или яркой упаковки. Да, будет дискомфорт, и то больше психологический, но совершенно не смертельный. Другое дело – если препарат действительно важный.
В этом моменте в пьесу вступает новый персонаж – Импортозамещение. Отмечу сразу: это очень нужное и стратегическое дело для всей страны, поддержать отечественного производителя – священный долг каждого. Только на деле выходит, что многие производители (и наши, и не наши) в силу слабой технической оснащенности или нехватки опыта еще не могут выпускать полные по действию аналоги некоторых лекарств.

Вот Вам типовой пример порочного круга. Новый препарат под названием, допустим, «Озверин» испытывался на протяжении 5 лет в лабораториях, фокус-группах и т.д. На подтверждение его терапевтической эффективности производитель «ФармЗавод им. В.И. Ленина» потратил кучу денег и сил, и, наконец, отправил его на фармрынок. Его продажи в аптеках радуют и производителя, и аптекаря, но главное – он стал реально действенным лекарством для конечного потребителя, от него зависит здоровье многих людей. Проходит 5-10 лет, кончается патентный срок уникальности препарата. После этого выпускать и продавать лекарство может любой фармпроизводитель: «Ордена Красного Знамени Нижне-Верхняя таблеточная фабрика» или «Мануфактура «ПилюлькинЪ». Они усиленно выпускают тот же «Озверин», только под названиями «Охренин» или «Зверин-О». И такие копии (называемые по-другому — дженерики) сразу становятся намного дешевле, ведь производителю не нужно тратить средства на синтез молекулы «Озверина», проведение клинических исследований и т.д. Однако, подобные дженерики зачастую отличаются по эффективности от оригинального лекарства, чаще всего – не в лучшую сторону. Наступает пресловутый кризис, цены медленно, но неуклонно растут. И всеми любимый «Озверин» уже покупают гораздо реже, предпочитая ему более дешевые аналоги. Открыто демпинговать «ФармЗавод им. В.И. Ленина» не может себе позволить – слишком много средств ушло на создание и испытание «Озверина». И препарат постепенно уходит с рынка, выпускать и продавать его стало невыгодно. Покупатели, принимающие аналоги, в конечном итоге «на себе» ощущают, что эффекта нет.

Можно привести еще более яркие примеры, когда слабые дженерики являются препаратами госпитального назначения – антибиотики не убивают бактерии, общая анестезия не наступает и т.д. Но государство в погоне за экономией не может себе позволить покупать проверенные, но ставшие дороговатыми, лекарства для больниц.
Речь Юры на планерке заставила меня задуматься немного над этим вопросом. Кризис – кризисом, но здоровье все равно важнее. Не так ли? Выводы делайте сами.